Ретроспектива работ Заха Хадид в Эрмитаже

Скандалы в Азии

Последние годы жизни Хадид были отмечены скандалами, связанными со строительством спортивных объектов в Азии

Во время строительства её стадиона в Катаре погибли рабочие — и СМИ, естественно, обратили внимание в первую очередь на известного архитектора. Хадид попросила журналистов тщательнее проверять факты: дизайн здания сам по себе не был опасным для рабочих, а вина лежала на властях Катара и девелопере, которые не обеспечили должного соблюдения техники безопасности на объекте

Кроме того, проект стадиона в Катаре критиковали за экстравагантную форму: многим он напомнил вагину. Хотя Хадид отрицала любое сходство, это кажется скорее плюсом: так в проекте стадиона иронично обыгрался исламский запрет на изображение человеческих лиц. Ещё один скандал ждал Заху Хадид в Токио: местные архитекторы ужаснулись её грандиозному проекту олимпийского стадиона за несколько миллиардов долларов. Кто-то сравнивал его с черепахой, которая хочет затянуть Японию на морское дно.  

В Петербурге открылась ретроспектива работ британского архитектора Захи Хадид.

Ее имя последнее десятилетие является символом современной архитектуры. Например, построенный в 2003 году Центр современного искусства Розенталя в Цинциннати американцы называют самым важным новым зданием в США со времен окончания холодной войны.

Захи Хадид долгое время считалась бумажным архитектором, которую знают исключительно критики. В 2004-м, получив признание, она уверенно завоевала звание главного и самого массового архитектора на планете.

Корреспондент НТВ Катерина Правдина впечатлилась.

Николаевский зал Зимнего дворца разместил 300 работ Захи Хадид: макеты, чертежи, эскизы. Внушительная часть экспозиции  так называемая бумажная архитектура, то есть нереализованные проекты, которые, кажется, ничуть не уступают поздним и реализованным в виртуозности.

Ксения Малич, научный сотрудник отдела современного искусства Государственного Эрмитажа: «Как любой большой художник она несколько независима от четких стилистических дефиниций. Это и есть признак большого мастера. Было бы нечестно вогнать ее в строгие рамки искусствоведческих определений».

Заху Хадид называют автором совершенно нового стиля параметризма  направления, в котором художники используют весь диапазон новейших технологий, основываясь на законах физики, математики, геологии и законах природы.

Иногда, всматриваясь в разработки Захи Хадид, складывается впечатление чего-то нереального. За порой фантастическими формами прячутся лыжный трамплин, центр современного искусства, пожарная часть, оперный театр или центр Гейдара Алиева в Баку и особняк Доронина в подмосковной Барвихе.

Патрик Шумахер, партнер архитектурного бюро Захи Хадид: «В наших работах вы почувствуете, что они продиктованы супрематизмом Малевича и другими художниками-модернистами. Модернизм начала ХХ века вдохновлял нас и благодаря ему мы разработали такие геометрические формы. Именно русский авангард раздвинул рамки дозволенного и сильно повлиял на творчество Захи Хадид. Работы стали более сложными и в конечном итоге перешли в архитектуру».

Заха Хадид сейчас работает над вторым российским московским проектом  башней «Доминион», напоминающей сдвинутые тектонические плиты. Ее смелая, не ограниченная никакими формальностями архитектура наверняка испугала бы консервативный Петербург. Но трепетное отношение художника к архаике могло бы убедить критиков: строить по проектам Захи Хадид  настоящий исторический эксперимент.

Учёба у Рема Колхаса

Заха Хадид родилась в Багдаде в богатой семье, в детстве ездила за границу, училась в Американском университете в Бейруте, а затем отправилась изучать архитектуру в Лондон, где и встретила Рема Колхаса. Проработав в его бюро OMA в Роттердаме с 1977 по 1980 год, она вернулась в Лондон, где начала независимую практику. Междисциплинарный подход OMA явно повлиял на Хадид, которая внедряла в свою практику понятия из изобразительного искусства и естественных наук. Постоянное теоретизирование, которым занимались в бюро Колхаса, тоже было важным для Хадид, для которой признание её идей в первые годы работы заменяли воплощение проектов.

Жилые башни Grace on Coronation

Архитектурный ансамбль высоток, запланированных к постройке на побережье австралийского Брисбена, напоминает бутоны готовящихся к раскрытию цветов. По замыслу Захи Хадид узкие ножки зданий смогут расширить рекреационную парковую зону внизу, а струящиеся и переплетающиеся зеркальные линии основания обеспечат необходимое освещение и непередаваемую игру света, бликуя и отражая его от водной глади. Высотка каждой башни составит порядка 23-25 этажей.

Всего жилой комплекс площадью 45 000 кв. м объединит в себе более 480 жилых апартаментов, более 0,7 га набережной зоны и восемь полноценных вилл. Стоимость реализации проекта обойдется городу порядка 410 млн австралийских долларов.

Архитектурный шедевр жилых башен с оригинальным фасадом

Национальный стадион

Финальная реализация проекта в Токио (Япония) намечена на 2018 год и приурочена к проведению Кубка мира по регби. Будущий комплекс сможет разместить более 80 тысяч зрителей и кроме спортивной арены будет вмещать в себя интерактивный музей спорта, в котором посетители познакомятся со спортивными традициями и достижениями различных стран мира.

Примечательно, что все здания Захи Хадид несут отпечаток ее натуры. Благодаря обилию ленточных опоясывающих форм на фасадах, а также страсти Хадид к сложным органическим формам и всяческим футуристическим элементам дизайнерские проекты ее бюро сложно спутать с другим авторством.

Проект олимпийского стадиона в Токио

Концептуальный небоскреб, который будет возведен в молодом городе Лусаил (государство Катар)

В первую очередь такой эффект достигается благодаря работе архитектора со сложными материалами. К примеру, Заха Хадид очень любила использовать композитные пластики и различные сложные для восприятия перетекающие друг в друга детали. Этим-то она качественно отличалась от остальных архитекторов, которые чаще всего проявляли свою смелость исключительно на бумаге. В отличие от них, Заха не только проектировала, но и имела смелость воплощать в жизнь свои эксцентричные объекты. Она стала теперь уже навеки не просто первой известной женщиной-архитектором, а архитектором, продиктовавшим стиль и атмосферу целой эпохе.

Архитектор как художник

Вообще, весь подход Хадид к архитектуре и дизайну можно назвать художественным. Хадид отвергала и модернистский функционализм, и постмодернистскую иронию. Её проекты как будто появлялись из какого-то параллельного мира со своей историей искусства. Собственная фантазия была для неё важнее всего, но из-за этого её и критиковали. Так, проект музея современного искусства MAXXI в Риме посчитали совершенно неподходящим для экспонирования живописи и объектов, так что во многом он стал памятником самому себе, а его архитектуру помнят лучше, чем его коллекцию

Её дизайн-объекты — от мебели до ваз и туфель — выглядят как уменьшенные копии её зданий, и уже не так важно, удобно ли ими пользоваться

Поделитесь в социальных сетях:FacebookTwitterВКонтакте
Напишите комментарий